В поисках идеала. Про брутальность и взбалмошность

Автор: Евгения Неганова, мама двоих детей

Мне бы хотелось попробовать нарисовать портреты настоящей, «неискаженной» мужественности и женственности, которые очень редко встречаются в действительности.

Ныне очень распространено, особенно среди женщин, представление о мужественности как о брутальности. Кажется, что настоящий мужчина — это тот, кто обладает горой мышц, занимается каким-нибудь экстремальным спортом, рассекает на спортивной машине. Не сразу женщины замечают, что подобный мужчина может быть эмоционально неустойчивым, склонным и падким на манипуляции. Он ослепляет ореолом героизма.

А вот интеллигентного вида и скромного телосложения представитель мужского пола, обладающий к  тому же и  скромной зарплатой,  — это для многих антипример мужественности. Хотя такой человек может обладать гораздо большим набором мужских качеств, чем описанный выше: действовать не сгоряча, быть последовательным, когда нужно  — бескомпромиссным, а когда нужно — гибким. Одна моя знакомая так охарактеризовала своего мужа, скромного и  физически, и  финансово человека: «Он умеет возвращать мою «крышу» на место». Потрясающая и очень точная характеристика настоящего мужчины!

В отношении женственности дела обстоят не лучше. В глазах многих мужчин, да и самих женщин тоже, типичная женщина — эта та, которая не способна управлять своими эмоциями, взбалмошная, непоследовательная. Эти ее качества, совсем, на мой взгляд, не симпатичные, тем не менее романтизируются: женщина предстает этаким капризным, но милым ребенком, которому за его обаяние прощается многое. Правда, ну что с нее возьмешь? При этом хватка этого милого ребенка может быть настолько цепкой, что поспорит с любым качком из тренажерного зала.

К неправильно понятым свойствам женственности относят также обоснованные, как считают многие, претензии женщин на кошелек мужчины, присущую ей от природы некую социальную беспомощность, неспособность саму себя материально поддерживать. Сюда же относят плохо выстроенные, а чаще всего просто отсутствующие у женщин психологические границы, их стремление психологически «залипать» на мужчинах, на детях с требованием внимания, порой доводя до исступления своей заботой и жертвенностью. Они прекрасно освоили науку действенной манипуляции, но при  этом так же падки на манипуляцию и  легко управляемы извне. Однако у этого образа есть и истинно положительные достойные качества — тонкая интуиция и способность к сопереживанию.

Где истина?

И все-таки ни то ни другое представление о мужественности и женственности, на мой взгляд, не имеет почти ничего общего с истинными воплощениями этих типов. Сформулировать адекватный образ мужественности нам поможет, как вы, наверное, уже не удивитесь, все тот же рассказ О. Генри.

Там есть как минимум трое мужчин — двое грабителей и отец маленького «вождя краснокожих» (сам «вождь» еще не мужчина, а, как мы помним, собирательный образ нашего  внутреннего ребенка, который сидит в  нас, независимо от пола). Каким перед нами предстает мужчина в этом небольшом, но бессмертном произведении и кто из героев являет истинный образ мужественности?

Начнем с  грабителей. Подходят ли они на высокую роль олицетворения вечной мужественности? Конечно, нет. Они как раз являют пример неправильно понятой мужественности, такие своего рода «кожаные качки». Они занимаются тем, что добывают деньги преступным путем, воруют, мошенничают, они пытаются играть на чувствах других людей. Они — манипуляторы. Крутые герои они только внешне, ведь с ними легко справляется ребенок. В чем их главная уязвимость? В том, что у них не сформировано четкое представление о  своих собственных границах и уважение к границам других людей. Человек, который способен украсть, не имеет здорового понятия о  границах, это очень слабый человек. И маленький сорванец способен полностью подчинить и поработить таких людей.

Но есть еще отец этого невозможного ребенка. И  только благодаря ему задуманная грабителями кража не смогла состояться. Каков он и какие качества позволили ему предотвратить преступление?

Самое важное для нас то, что этот человек оказался неуязвимым для грабителей психологически. Он не пошел у них на поводу, когда они пытались надавить на его родительские чувства. Кажется невероятным, что человек может сохранять такое спокойствие, когда дело касается его ребенка, и  вряд ли такая ситуация возможна в реальности, ведь рассказ О. Генри — это художественное произведение, плод его воображения. И главная его мысль, на мой взгляд, заключается в том, что этот человек показывает себя абсолютно неуязвимым для манипуляций. На него невозможно надавить, от него невозможно добиться того, чего он сам не хочет, он — спокойный хладнокровный человек с  ощущением собственного достоинства и  с  четкими моральными установками. Чувства и все, что связано с ними, не являются его сильной стороной, но именно в данной ситуации это играет ему на руку. Его хладнокровие спасает ситуацию.

Вот персонаж, который, на мой взгляд, является воплощением настоящей мужественности. Меня поразило, что все его качества я  увидела в  своем сыне, когда стала слушать то, что он пытался до меня донести.

А что с истинной женственностью?

В рассказе отсутствует женский образ, но само его отсутствие нам многое дает для понимания его сущности. Неслучайно в  этом переполохе с  неудавшейся кражей ребенка фигурирует только образ отца. Присутствие женщины со всей ее эмоциональностью, падкостью на манипуляции, с  ее слиянием с  собственными детьми не позволило бы автору реализовать задуманный им жанр легкой комедии. Присутствие женского персонажа сразу бы «утяжелило» замысел как минимум до драмы, а то и до трагедии.

А грабители рассчитывают как раз на эти женские черты, они уже потирают руки, предвкушая, как сыграют на женских слабостях.

Так каков же идеальный образ сильной женщины? В нем воплощены эмпатия, способность к  сопереживанию, интуиция, сенситивность, способность к  самопожертвованию, но в  то же время присутствует понятие о границах, которые не позволяют этой эмпатии и  сенситивности стать основой для возможной манипуляции другими. Границы не позволят самопожертвованию и  альтруизму превратиться в  удавку для всех близких.

Можем ли мы найти семью, в  которой воплощаются в полной мере эти прекрасные идеалы мужественности и  женственности? Семью, в которой папа гармонично сочетает в  себе и  сильные мужские качества, и  гибкость, и эмпатию, воспринятые от женщин, а  мама  — чуткое, сопереживающее существо, обладающее при этом непоколебимым чувством собственного достоинства с отчетливыми границами? Если таковая ячейка общества найдется, то у детей в этой семье есть шансы вырасти полноценными личностями, гармонично сочетая в  себе мужские и женские качества.

Но каждый из нас родом из детства, в  котором далеко не все было безоблачно, поэтому все мы — далеко не идеальные примеры для своих детей. В  отношении себя хочу сказать, что я начала осознанно воспитывать себя в этом смысле, только воспитывая их.

Поэтому мамам, которые воспитывают детей в  одиночку, не стоит очень-то переживать из-за того, что они не способны дать своим детям полноценного гендерного воспитания из-за отсутствия второй половины. Дети и в полных семьях тоже находятся далеко не в идеальных условиях. Это во-первых. А  во-вторых, я  убеждена, что и  один родитель, понимая нюансы воспитания мальчиков и  девочек, способен в  большой степени дать каждому из них то, что ему необходимо, способен выстроить с каждым из них соответствующую стратегию поведения, для каждого из них стать в известной степени и отцом, и матерью.

Однако все-таки только в известной степени. Потому что, как бы мы ни старались, женщина не может стать мужчиной, а мужчина — женщиной.

Женщина, в  одиночку воспитывающая сына, может дать ему пример женственности, в  идеальном случае гибкой, тонко чувствующей и сопереживающей женственности с четкими границами, сможет разговаривать с ним на понятном ему как мужчине психологическом языке, оперируя понятиями справедливости, долга, порядка. Но она не сможет при всем своем желании дать ему пример конкретной воплощенной мужественности и тем самым подтвердить, инициировать, если хотите, мужскую природу в нем.

В случае с отцом, который один воспитывает дочь, возникают те же самые проблемы, только эта ситуация — одинокий отец и дочь — встречается ничтожно редко по сравнению с тем, насколько сейчас распространена первая ситуация — одинокая мать и сын.

Думаю, для мамы, в одиночку воспитывающей сына, недостаточно вести себя грамотно. Необходимо постараться обеспечить своему сыну и мужское общение, наглядный мужской пример в жизни. Это может быть кто угодно — друг семьи, тренер, дедушка. Мальчику недостаточно наблюдать за мужчинами со стороны, ему необходимо тесно с  ними взаимодействовать. И  тогда то, что делает мама, получит дополнительное, очень серьезное подкрепление.

Итак, вооруженная всей этой теоретической базой, которую я сама же для себя соорудила, я  по-новому начала выстраивать свое общение с детьми.

Промежуточные результаты

Начав новую жизнь, я  стала выстраивать наши отношения с детьми исходя из своих наблюдений. В сыне я подкрепляла его сильную сторону — склонность к порядку, к четким границам — и пыталась развивать в нем гибкость и эмпатию. Я порой намеренно меняла наши планы, чтобы тренировать в нем спокойное отношение к переменам обстоятельств. С  эмпатией было сложнее, я  даже подключила профессионального психолога, чтобы помочь ему развивать это качество. Эта работа сейчас продолжается, но я  уже вижу результаты. Сын значительно лучше стал разбираться в  эмоциональной подоплеке тех или иных слов и поступков людей. В целом должна признать, что выстроить отношения мне было гораздо легче с ним, чем с дочерью.

Наше взаимодействие с дочерью порой походило на общение косы с камнем. Вместо того чтобы здраво, по-взрослому отслеживать ее манипуляции и  не попадаться на них, я отвечала ей тем же: обижалась в ответ на ее обиды, капризничала, требовала внимания к себе.

Иногда мне снятся говорящие сны. Именно это произошло в  период, когда я начала осознавать свои успехи в общении с сыном и некоторую «вялотекучесть» и вязкость в  выстраивании отношений с  дочерью. У меня все время был соблазн съехать на чувство вины и дать ей повод манипулировать мною.

И вот мне приснилось, что я  управляю машиной, но делаю это как-то странно. На месте водителя сидит моя дочь, а я нахожусь справа и  при этом пытаюсь крутить руль. Она словно бы выглядывает у меня из-под мышки, естественно, мешая мне вести. Наша машина движется с  пробуксовками, мне неудобно, и я боюсь влипнуть в аварию.

Мое подсознание  представило  в  ярких, наглядных символах суть моих взаимоотношений с дочерью. Я отвела ей совсем не то место, которое она должна занимать согласно своему возрасту и статусу. Этот сон показал мне, что в жизни она, по сути дела, рулит мной и итог этого — моя тревожность и неспособность  полноправно  управлять  своей и ее жизнью.

Хотите знать, чем закончился мой сон? Я пересадила ее на место справа, а сама заняла подобающее мне водительское место.

О природе мужского и женского

Каждый из нас рождается мужчиной или женщиной, гендер укоренен в  природе человека, но взрослая, зрелая личность есть совокупность мужских и  женских качеств. Это не означает, что если нам удастся вырасти, то есть стать психологически зрелыми личностями, мы становимся наполовину женщинами, наполовину мужчинами наподобие античных андрогинов. Недостающие или слабо проявленные в нас качества противоположного пола мы приобретаем как инструменты, чтобы лучше выразить и реализовать свою сущность  — мужскую или женскую.

С помощью приобретенных мужских качеств  — четких  границ, самоорганизации, самодостаточности — женщина становится способной выразить более адекватно свои сильные женские качества — эмпатичность, сильную эмоциональность. С  их помощью она не превращается в капризное, манипулирующее окружающими существо, а  становится развитой личностью, которая свою эмпатию и эмоциональность способна реализовывать в четких границах, не залезая на территорию других.

С помощью приобретенных женских качеств  — эмпатии, чуткости, гибкости  — мужчина становится способным выразить более адекватно свои сильные мужские качества  — самодостаточность, стремление к соблюдению правил и границ. Он не превращается в бездушный ходячий свод предписаний, а становится развитой личностью, которая способна чутко улавливать чувства других людей и иногда, когда этого требуют обстоятельства, мудро отходить от буквального следования правилам.

Но работать над приобретением качеств противоположного пола необходимо на основе осознанного утверждения своей природы. Иначе, если сильно нажать, есть риск, что мужчина может превратиться в женоподобное существо, а  женщина — в  мужеподобное.

В общем, цель воспитания по гендерному принципу — на основе поддержания своей природы приобрести недостающие качества противоположного пола, чтобы грамотно свою природу выразить. Именно эту цель я сформулировала для себя в отношении своих детей.

И мало того, именно эта цель стояла и передо мной. Ведь что я делала, когда сооружала и  отстаивала свои границы, когда боролась с чувством вины, когда искала собственной целостности и  жизни без ролей? Приобретала мужские качества.

Моим идеалом в рассказе О. Генри был отец этого «невозможного» мальчугана. Превратиться из маленького ребенка, которым я была в начале своего повествования, в его отца — человека, который был гарантом спокойствия и  стабильности,  — было моей задачей. И надеюсь, мне удалось с ней справиться, хотя закреплять результаты необходимо до сих пор. Но все-таки, похоже, маленький бандит превратился в степенного джентльмена, уважаемого в округе человека. И благодаря этому страшной кражи не произошло.

Фото: Freepik.com