Николай РАСТОРГУЕВ: из настоящего мальчика обязательно вырастет настоящий мужчина

 

— Николай, глядя на ваш
неприступный вид, первое, что приходит в голову, так это спросить: как строго
воспитывали вас ваши родители?

— Мои родители действительно
держали меня в строгости. Мама росла в семье, где все дети — а их было немало —
12 человек, — знали, что есть вещи, которые можно делать, и есть вещи, которые
делать ни в коем случае нельзя. Так что воспитание было суровым, хотя могло ли
быть по-другому в то тяжелое военное время, к тому же в многодетной семье?
Такой же уклад мама перенесла в семью, где рос я. В отличие от других детей,
если вдруг мне, как и любому мальчишке, приходило в голову нашкодить, я ни на
секунду не забывал о том, что отцовский ремень висит дома на самом видном
месте…

 

— Ваш ремень тоже всегда
наготове?

— Нет, конечно нет. Другое
время, все по-другому. Да, если честно, у меня и рука не поднимется.

 

— Если вы не против, давайте еще
немного поговорим о вашем детстве. Наверняка ремень все равно не сделал из вас
пай-мальчика…

— Не сделал… (Улыбается.)

 

— А самое яркое воспоминание?

— Это зима и большие, просто
огромные сугробы. Я вырос в подмосковном городе Лыткарино. На берегу
Москвы-реки у нас была крутая и достаточно высокая гора, с которой мы без
устали гоняли на лыжах и санках. В то время трудно было купить хорошие санки: в
магазинах продавались только алюминиевые, а они при такой рьяной эксплуатации
довольно быстро ломались. И наши мамы и папы, работавшие в основном на заводах,
варили специально для нас тяжелые быстроходные сани. На них-то мы и
соревновались, кто быстрее промчится с крутой горы вниз. Еще, помню, зимой
играли в хоккей, а летом — в футбол: двор на двор. Сейчас такое уже редко
встретишь, в Лету кануло. Да и вообще, думаю, когда я рос, было интереснее…
Или мне спустя столько лет кажется?.. Ну и конечно же школа. Каждый день.

 

— И каким же вы были учеником?

— Я был троечником. После пятого
класса учился только на «три» и «четыре». А из всех учителей почему-то больше
всех запомнился учитель истории. Он был тогда чуть старше нас самих, а читал
нам по предмету такие замечательные лекции, рассказывал безумно интересные вещи
из отечественной истории и не только… В учебниках этого, естественно, не
было. Еще английский нравился. У меня по нему всегда «отлично» стояло.

 

— Любовь  к языку помогла записать альбом «Четыре ночи
в Москве»?

— Еще как помогла! Я там и за
Джона, и за Джорджа… За всех спел.

 

— Николай, в одном из интервью
вы сказали, что ваша мама считала, будто музыкальный слух у ее сына
отсутствует. Как было в действительности?

— В действительности было так:
из-за скудности финансов в нашей семье не было даже и мысли отдать меня в
музыкальную школу, а уж тем более проверить слух.

 

— А как вы считаете, должно ли
мнение родителей быть для ребенка «священным»?

— Думаю, да. Ребенок должен не
только прислушиваться к мнению отца или матери, но и считаться с ним. Для
мальчишек же особенно важен отцовский авторитет. Если, к примеру, у моего
старшего сына Павла есть свой взгляд на ту или иную вещь, свой подход к
какому-то делу, я обязательно принимаю все это во внимание. Но… В конечном
итоге право выбора остается за мной, в зависимости от того, насколько я считаю
приемлемым и правильным его выбор. Кстати сказать, Паша закончил училище в
Люберцах. Он по профессии автомеханик, но работает сейчас в студии звукозаписи.
Я думаю, имея за плечами серьезную профессию, можно заниматься и тем, что
просто нравится.

 

— Николай, изменились ли с
возрастом ваши взгляды на роль отца в воспитании детей?

— Конечно изменились. Когда
родился Павел, я был еще совсем молодым: всего двадцать лет. Тогда все было не
так: другие мысли, другая жизнь, другие желания и стремления, мы другие. Теперь
же я достаточно взрослый человек и в состоянии трезво смотреть на жизнь, без
свойственного молодым людям максимализма. Да и вообще с рождением детей
становишься более внимательным и чутким — к жене, окружающим тебя людям, к себе
и своим поступкам. И чем старше становится человек, тем больше времени ему
хочется и он старается проводить рядом с близкими ему людьми, с семьей, детьми.
Во всяком случае я очень стараюсь (правда, все равно не хватает времени) как
можно больше бывать дома, общаться с младшим сыном Николаем-Вторым, как мы с
женой его в шутку называем. Возможно, это стало таким важным для меня и потому,
что не достаточно уделял внимания своему первому ребенку. К сожалению, тогда,
как и сейчас, я постоянно находился в разъездах.

 

— То есть воспитательный процесс
Коленьки проходит без вашего деятельного участия?

— Да, в основном им занимается
моя жена Наташа. Коля сейчас такой забавный, интересный, смешной. Везде «сует
свой нос», все ему  непонятно,
изумительно и удивительно. И естественно, в таком возрасте он ближе к
матери,  хотя скоро отдадим его в детский
сад. В какой? Слава Богу, финансы пока позволяют выбирать и не отправлять
ребенка в первый попавшийся садик. 
Главное, чтобы те люди, которые будут возле него, по-настоящему любили
то, чем занимаются, чтобы Коля не ходил весь день в мокрых колготках, чтобы не
выгоняли полуголым на улицу. Знаете, опытные педагоги говорят, что, если вы начали
воспитывать ребенка с пеленок, уже опоздали. Не знаю… В любом случае,
воспитывая своих детей, пытаясь им что-то внушить, нельзя забывать, что при
этом они должны постоянно ощущать вашу любовь, заботу и тепло. Это самое
главное… Но в то же время нельзя допускать вседозволенности. С самого раннего
возраста малыш должен знать, что да — это означает да, а нет — значит нет. И
канючить, выпрашивать, пытаться настаивать и задавать лишние вопросы
бессмысленно. Я очень не люблю корыстных и завистливых детей. Кому-кому, а уж
детям изначально присущи такие качества как искренность и непосредственность. И
если уже в «пеленочном» возрасте они отсутствуют, то лишь по вине родителей
этого ребенка.

 

— Вы говорили о важности
отцовского авторитета для мальчика. В чем, на ваш взгляд, он заключается?

— Во всем. Мужчина должен
чувствовать ответственность за то, как он себя ведет, за свои поступки, слова.
Ведь именно у него сын будет учиться тому, как общаться с противоположным
полом, в первую очередь с матерью. Это касается и того, насколько легко он
сможет находить общий язык со своими друзьями и просто окружающими людьми. Ну и
конечно, такие мелочи, как спорт и другие увлечения. Мы с женой хотим, чтобы
Николай вырос не просто хорошо сложенным и физически развитым парнишкой, но и
чтобы его духовные качества притягивали к себе людей.

Но все равно, как бы родители ни
старались, я так считаю… у детей в конце концов все-таки складывается свой
характер. Каким он будет, лишь в малой степени зависит от того, своевременно ли
мы, родители, научили его, помогли ему освоиться в среде своих сверстников,
чувствовать себя в ней настоящим… мальчишкой, которого, пускай и на их
детском уровне, уважают и ценят, которому доверяют.

---

Семейный журнал Няня.Ру о беременности и родительстве