Майкл Скотт и ведьма

Был у Мастера Микаэля один крестьянин, жена которого была самой замечательной ведьмой своего времени. Столь необычайны были её способности, что народ в округе начал поговаривать, будто в некоторых проделках она превосходила Мастера. Микаэль не мог стерпеть таких пересудов, ведь у подобных личностей сильная ревность между собой; и вот однажды он отправился со своими собаками якобы на охоту, а на самом деле намереваясь её проучить. Он нашёл женщину в поле одну, когда та пропалывала лён, и дружелюбно попросил её показать что-нибудь из её всесильного искусства.

Она рассердилась и стала отрицать, что имеет какое-либо сверхъестественное умение. Он стал нажимать на неё; она же резко потребовала оставить её в покое, или будет у него причина раскаиваться.

Затем она вырвала жезл из его руки и нанесла ему этим жезлом три резких удара. Мгновенно он превратился в зайца.

«Шу, Микаэль! Беги или умирай!» — закричала она, смеясь, и натравила на него его собственных собак.

Его совсем загнали, и ему пришлось плыть по реке и укрыться в сточной канаве своего замка, где он снова возвратил себе человеческий облик. В ярости от того, что его перемудрили, Микаэль задумал своё мщение.

Он послал своего человека в Фаулдшоп, где жила ведьма, чтобы взять взаймы хлеба для своих собак. Если бы она дала хлеба, слуге следовало поблагодарить и уйти; а если бы отказала, то он должен был прикрепить над притолокой её двери полоску, исписанную красными буквами.

Слуга застал женщину из Фаулдшопа когда она пекла хлеб, — Микаэль уверял его, что так и случится. Она приняла его немилостиво и отказалась дать хлеба, утверждая, что ей не хватает для прокорма собственных жнецов. Слуга поместил полоску поверх притолоки и возвратился к Мастеру.

Чары сразу же начали действовать. Сбросив одежду, женщина стала плясать вокруг очага, напевая:

Мастер Скотт прислал за хлебом малыша: Он от ведьмы не получит ни шиша!

В полдень жнецы тщетно высматривали хозяйку, несущую им обед. Хозяин послал к ней на помощь девушку-служанку, но та не смогла вернуться. Наконец, подозревая, что жена его одержима каким-нибудь из своих припадков, он отослал жнецов домой. Один за другим они заходили в хозяйский дом, и как только кто-то из них проходил под притолокой, его охватывало безумие.

Хозяин бросил собирать колосья пшеницы, и, когда добрался до дома, услышал грохот и заглянул в окно. Там были все его люди: они плясали голышом вокруг очага и распевали с самым что ни на есть дичайшим неистовством:

Мастер Скотт прислал за хлебом малыша:

Он от ведьмы не получит ни шиша!

Его жену, полумёртвую, волочили по кругу. Она была в силах только время от времени произносить какой-нибудь слог из песенки вроде повизгиванья, но была, казалось, настроена продолжать веселье дальше.

Хозяин вскочил на лошадь, помчался к Мастеру и спросил, зачем тот сделал всех его людей безумными. Микаэль велел ему снять полоску с притолоки и сжечь её; как только это было сделано, люди пришли в себя.

Хозяйка, однако, за ночь умерла, оставив Микаэля несравненным и единственным искусником в волшебстве и чародействе.